«Голубая мечта» Красноярья

Ядовитые выбросы угля наносят экологии и здоровью красноярцев невосполнимый вред, однако использование альтернативных источников топлива всерьез никогда не рассматривалось

Если судить по числу газетно-журнальных публикаций, обсуждений и «круглых столов» на «голубом экране», то к явным лидерам можно отнести тему перспективной «Схемы теплоснабжения краевого центра». И произошло сие, видимо, потому, что будущий тепловой контур Красноярска основательно затронул частные коммерческие интересы.

Дым

По накатанной колее

Уголь — богатство и одновременно проклятие нашего края. Освоение угольных месторождений дало мощный толчок развитию теплоэнергетики. Мощные ГРЭСы и ТЭЦы потребляют до 90 процентов всех объемов добычи твердого топлива.

Позже мы покажем, какой вред они наносят экологии и, главное, здоровью красноярцев своими ядовитыми выбросами. А пока лишь подчеркнем, что вопросы использования альтернативных источников топлива никогда и никем всерьез не рассматривались. Вне поля зрения проектировщиков и представителей властей остался опыт Северо-Енисейска, где в 1999 году центральная котельная была переведена на жидкое топливо, что позволило сэкономить значительные средства и оздоровить экологическую обстановку в поселках района.

Вот и на этот раз дискуссия вокруг «Схемы теплоснабжения Красноярска» пошла по накатанной колее. Тон в ней задавали представители Красноярского филиала Сибирской генерирующей компании, в чьем ведении находятся крупнейшие теплоисточники, и угольных котельных, часть из которых подпадает под закрытие до 2033 года. На сессии горсовета каждый из них напирал на свои преимущества, божился и крестился не только снизить стоимости вырабатываемой гигакалории, но и сделать ее более экологически чистой. Словом, пускались во все тяжкие, лишь бы сохранить уголь в качестве основного топлива для своих объектов.

В ходе обсуждения депутаты все же заинтересовались, заложена ли в «Схеме…» газификация города. Этот вопрос председатель комиссии по ЖКХ и транспорту горсовета Аркадий Волков переадресовал представителям краевой администрации. Начальник отдела охраны окружающей среды минприродресурсов региона Ирина Шуликова заявила, что «вопрос об этом губернатором ставится». Решаться же он будет на уровне федерального правительства. Никаких конкретных сроков газификации представители краевой администрации не назвали.

Такой обтекаемый ответ не удовлетворил депутатов, которые заподозрили, что «Схему теплоснабжения» компания СТК якобы сделала «под себя». Не случайно в опубликованном депутатском запросе главе города Эдхаму Акбулатову тот же Аркадий Волков заявил: «В силу статичной позиции исполнительной власти в вопросе газификации города природным газом, красноярцы усечены в возможности обсуждать перспективное теплоснабжение в логике применения самого экологически чистого топлива. Поэтому неизбежность угольного сценария требует от нас детального общенародного обсуждения возможных рисков в каждом микрорайоне…»

Витиевато, а главное, непонятно, чем «статичная позиция исполнительной власти» отличается от позиции самого Волкова? Не слишком ли быстро он уверовал в «неизбежность угольного сценария»? Как известно, в проекте нового генерального плана главная ставка сделана на экологическое оздоровление краевого центра. А о каком таком экологическом оздоровлении можно вести речь при сохранении в черте города чадящих и коптящих монстров? Не случайно на официальном сайте прокуратуры края появилось сообщение о том, что прокуратурой г. Красноярска проанализирован проект «Схемы теплоснабжения города Красноярска до 2033 года». Анализ показал, что «Схема…» «не содержит конкретных мероприятий по минимизации вредного воздействия на окружающую среду краевого центра».

Вот мнение еще одного депутата. На сей раз Константина Сенченко. Он считает, что при закрытии многих мелких котельных по факту загрузка на ТЭЦ-1 и ТЭЦ-2 возрастет: «Экологическая ситуация на правом берегу сейчас не самая лучшая, а дальше будет только хуже!»

Можно привести также доводы правозащитника Артема Карданца. Он утверждает, что с подключением нового микрорайона Солонцы на ТЭЦ-2 и ТЭЦ-1 планируется увеличение выработки на 1187 Гкал, что увеличит выбросы от имеющихся 55 000 т в год до 105 000 т. За счет розы ветров весь этот «подарок» рассеется сначала на правом берегу (Свердловский, Кировский и Ленинский р-ны), а затем накроет колпаком пыли о. Отдыха, Центральный район, о. Татышев и Советский район.

Впрочем, доводы экологов, депутатов и других несогласных не резон не только для штатных пиарщиков угольного сценария, но и самих разработчиков «Схемы…» — представителей Всероссийского теплотехнического института. Их главный аргумент заключается в том, что «необходимого объема газа в Красноярске нет и в ближайшем времени не предвидится».

Спору нет, ВТИ — солидное учреждение, которое уже десятки лет ведет фундаментальные и проектные исследования. И все-таки ситуация на месте проглядывается лучше, чем из Москвы. Так, «Красноярский рабочий» (13.11. 2014) сообщил о том, что ОАО «Восточно-Сибирская нефтегазовая компания» приступило к реализации газовой программы. К началу промышленной добычи нефти компания подготовит инфраструктуру, обеспечивающую использование не менее 95 процентов попутного нефтяного газа.

Но все-таки главные его запасы находятся не в Эвенкии, а буквально под боком у Красноярска. Здесь расположены значительные запасы бурых углей, пригодных к разработке методом подземной газификации. Еще в 80 годы минувшего столетия институтом «КАТЭКНИИуголь» доказана целесообразность отработки Татарского месторождения методом ПГУ. «Красноярскгеологией» оценены запасы угля по пласту «Мощный», проектным институтом «Донгипрошахт» подтверждена целесообразность его освоения путем строительства Красноярской опытно-промышленной станции «Промземгаз» мощностью 5,5 млрд кубометров газа в год. Оцененных запасов хватит на срок не менее 100 лет. Расположено Татарское в 15 км к северо-востоку от бывшего завода тяжелых экскаваторов.

По разработкам красноярских ученых, полученный ПГУ газ возможно не только подавать по трубам в котельные краевого центра, но также и сжигать в крупной котельной, построенной непосредственно на промплощадке. «Особенно актуально, — отмечали они, — это будет в связи с генеральным планом застройки г. Красноярска». По третьему сценарию, возможно сжигание газа ПГУ на станции «Промземгаз» в малогабаритных парогазотурбинных установках (ПГТУ) для выработки электроэнергии с подключением ее в единую энергосистему. Таким образом, можно было бы производить газ ПГУ, который пойдет в Красноярск, а электроэнергию и жидкое топливо (метанол из газа ПГУ) транспортировать на дальние расстояния. Кстати, по капзатратам парогазотурбинные установки в 2–2,5 ниже, чем паротурбинные.

«Газ — «голубая мечта» Красноярья». Так был назван один из ключевых пунктов предвыборной программы нынешнего губернатора Виктора Толоконского. В своем письме Президенту В. В. Путину он подчеркивал особую важность скорейшего решения проблемы газификации региона. На что получил президентское «добро». Тогда тем более непонятна теперешняя расплывчатая позиция администрации края к оперативному решению важнейшей проблемы региона.

Между тем газификация потихоньку-полегоньку обретает реальные черты.

В ноябре прошлого года «Красноярский рабочий» поведал о котельной нового поколения, которая сооружается в поселке Удачном, вблизи Красноярска. Она будет работать на газе, получаемом из бурого угля. В заметке отмечалось, что выбросы в окружающую среду будут в 22 раза меньше, чем от сжигания угля.

 

Когда город болен

В 2001 году на страницах газеты «Экология Красноярья» пресс-секретарь краевого центра Госсанэпиднадзора Б. Э. Горный сообщил следующее: «Ежегодно из 1000 родившихся в Красноярске младенцев умирает 24 (в среднем по России — 16, а в Швеции — 4). Ожидаемая продолжительность жизни для мужской половины нашего края на 4 года меньше среднероссийского показателя, а те же шведы живут на 20 лет больше».

Смог на Красноярском

И не мудрено. Потому что от знаменитого сибирского здоровья не осталось и следа. Красноярцы больны, а жители краевого центра больны тяжело. Давным-давно названы и конкретные виновники такой трагической ситуации. Вот строки из доклада краевого Госсанэпиднадзора «О санитарно-эпидемиологической обстановке в Красноярском крае в 2005 году»: «Во всех городах края уровень загрязнения воздуха по величине индекса загрязнения атмосферы (далее ИЗА5) характеризуется как «высокий» и «очень высокий» и колеблется от 5,32 в Канске до 15,14 в Красноярске… Уровень загрязнения воздуха в городах Норильске и Красноярске, формирующийся за счет выбросов предприятий цветной металлургии, энергетики и автотранспорта, характеризуется как «очень высокий» и «чрезвычайно высокий».

Далее сказано, что «наибольшие доли вкладов атмосферных загрязнений в уровне впервые выявленных заболеваний более всего замечается у детей». Из года в год растет заболеваемость юных граждан до 14 лет. От 1334,5 на 1000 человек в 2000 году до 1575, 3 в 2004-м.

Обратимся к другому документу — Государственному докладу «О состоянии и охране окружающей среды в Красноярском крае в 2008 году». В нем, в частности, отмечается, что на протяжении 2003–2008 годов наблюдается рост заболеваемости красноярцев экологически обусловленными болезнями. Наибольший прирост по болезням системы кровообращения — 78,2 процента, новообразований — 11,6. Самое страшное заключается в том, что заболеваемость детей аналогичными болезнями в 3–4 раза выше общего показателя. Снижение рождаемости и рост смертности привел к тому, что население считается демографически старым. Доля детского населения до 14 лет практически в два раза ниже доли населения в возрасте до 50 лет и выше. Хотя в 1997 году это соотношение было практически на одном уровне.

Что-то изменилось после 2008 года? Изменилось. Красноярский край — на протяжении многих лет неизменный лидер России по самому грязному воздуху — неизменно наращивал выбросы вредных веществ в атмосферу. 2002-й — 2622,9 тысячи тонн, 2006-й — 2761,4, 2010-й — 2886,8. В 2011 году величина индекса загрязнения ИЗА5 достигла рекордной отметки. Есть 23,75! Но и на этом не заканчивается счет «рекордных» показателей. В 2012 году выбросы отравы в атмосферу края превысили 3 миллиона тонн!

Правда, в 2013 году ситуация несколько улучшилась. В Госдокладе «О состоянии и охране окружающей среды в 2013 году» дается такое объяснение этому факту: «Благодаря новой методике расчетов выбросов…». Иными словами, и администрация края и природоохранные органы вступили в накатанную колею манипулирования цифрами. Вместо реального экологического оздоровления. Этот прием, кстати, в свое время был доведен до совершенства на том же Красноярском алюминиевом заводе. Как тут не припомнить удивление бывшего управляющего директора КрАЗа Джона Ходдича — австралийца по происхождению: «Посмотрю на показатели выбросов вредных веществ — ваш опыт надо распространять по всему миру, посмотрю в окно — вам надо еще тянуться и тянуться за уровнем зарубежных заводов…».

Кстати, в августе прошлого года на встрече врио главы региона с представителями инициативной группы «Красноярск против» Виктору Толоконскому было сказано об этом манипулировании. Врио главы согласился с выступающими и особо подчеркнул, что бюрократического подхода в отчетности не приемлет и намерен судить об эффективности работы природоохранных органов не по числу выписанных штрафов, а по скорости снижения содержания в окружающей среде вредных веществ.

«Разумеется, — заметил Виктор Александрович, — это вопрос не одного дня и не одного года. Но я повторяю, работать будем на реальный результат, а не на отписки».

Пока же, к сожалению, такой работы не наблюдается.

Поделиться с друзьями

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Опубликовано в    Автор: , ,
Рубрики: Красноярская версия | Ключевые слова: | Написать комментарий

Ответить

Обязательные поля помечены *


Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.