Революция по-частоостровски…

Её эхо докатилось до Частоостровского тихим мирным образом не в феврале, а в середине марта 1917 года…

По вашим просьбам мы продолжаем публикацию воспоминаний полковника Моисеева, уроженца Частых. В 1926 году он был призван в Красную Армию, участвовал в боях на КВЖД, сражении на озере Хасан, с боями прошёл по дорогам Великой Отечественной войны. Последние годы жизни провёл в Риге, где и похоронен. Юношей он был очевидцем и участником событий, которые описаны им в «Рукописи, найденной в огороде».

Народ хочет мира

Эхо революции докатилось до Частоостровского этаким тихим мирным образом не в феврале, а в середине марта 1917 года. Я в это время учился в третьем классе местной школы. Учительница Мария Васильевна Филиппова прошла по классам и объявила, что занятия прекращаются и что всем ученикам надо построиться для молитвы. А в это время уже трезвонили церковные колокола, и служащие волостного правления сзывали народ на молебен на церковную площадь. Когда школьники вышли на улицу, там уже было человек 60–70 стариков и женщин. Мужчин было мало — шла Первая мировая война, и большинство их было на фронте.

Партизаны

На площади уже был сооружен деревянный помост для ораторов и священника. Народу вместе с нами, учащимися, собралось человек триста. Были вынесены иконы с хоругвями и разложены округ помоста. Перед молебном священник отец Аверкий Захваткин произнёс речь, в которой сказал, что на Руси наступило смутное время, что государь всея Руси Николай Александрович отрёкся от престола и что народ выражает желание видеть на престоле его брата Михаила Александровича, и мы, частоостровцы, должны присоединиться к волеизлиянию народа. И отслужил молебен, чтобы господь даровал нашему императору здоровья, мудрости и «да пожелаем: многие лета, царствуй на славу, на страх врагам. Боже царя храни!». Вся эта процедура была обставлена красиво, торжественно. Многие женщины и старики всплакнули даже.

Затем на помост выскочил какой-то городской человечек в круглых очках на верёвочках. Долго и красиво говорил, называл нас непривычно — господами. Затем говорили волостной старшина и урядник. Все также называли нас господами, призывали к спокойствию, войне до победного конца, обещали землю и волю.

Последним дали слово куваршинскому ссыльнопоселенцу Иннокентию Осиповичу Ясутову. Кронштадский матрос, он был осуждён за участие в восстании 1905 года, отбыл каторгу в Туруханском крае и был определён на вечное поселение в Частоостровскую волость. Он был с красной повязкой на руке, обладал громовым голосом, говорил по-мужицки просто, иногда комом, но здорово, а главное, понятно. И называл всех товарищами — я тогда впервые услышал такое обращение, а речь его, горячую и правдивую, без бумажки, до сих пор помню. Он сказал, что в столице произошла не смута, а народная революция. Что народу осточертела бесконечная война, и он хочет мира, а не «победного конца» любой ценой. Народу нужен не новый добренький царь, а власть самого народа, рабоче-крестьянская. И что партия, к которой он принадлежит с 1905 года, партия большевиков во главе с Лениным, даст частоостровским мужикам такую власть, даст мир и свободу.

Несостоявшиеся выборы

А из Красноярска тем временем шли слухи о создании новой власти вместо царской — так называемого земства, подчинённой Временному петроградскому правительству Керенского. Повсюду началась предвыборная кампания по созданию Учредительного собрания. Докатилась она и до Частых. Приезжали ораторы со своими программами, на митингах мужики даже иногда так спорили, что хватали друг друга за грудки. Привезли из города большой ящик — урну и множество разноцветных бумажек — бюллетени. Голосовать предлагали по 12 спискам кандидатов от партий.

Под № 1 шла партия кадетов, № 2 — большевиков, № 3 — эсеров и так далее. Большинство частоостровцев собиралось голосовать почему-то за эсеров. Были выдвинуты кандидаты на уездный учредительный съезд в Красноярск. От Частоостровского — мой отец И. С. Моисеев и О. А. Басин, от Куваршина — Ясутов и Овсянников, от Барабанова — Барышников и Шалыгин, от Шиверов — Шишков и Шестопалов. Делегаты выехали в город на учредительный съезд, а на другой день вернулись и рассказали, что «учредиловку» разогнали большевики, руководил которыми некто Окулов. Так что первому в истории Частоостровского всеобщему голосованию не суждено было состояться. В городе установилась советская власть.

К концу 1917 года появилась она и у нас — вместо волостного правления был создан волревком. Его первым председателем стал Иннокентий Ясутов, большевик. Организационно оформилась и первая коммунистическая партячейка. В неё вошли, кроме Ясутова, несколько бывших фронтовиков, также Моисеев, Барышников, Шишков и несколько работников волревкома. Всего большевиков набралось человек десять. Эта небольшая, но активная группа коммунистов в основном и занималась установлением советской власти в волости. Однако захватили власть вдоль Транссибирской железной дороги от Екатеринбурга до Иркутска. Красноярский губернский Совет был разогнан и репрессирован. Естественно, самоликвидировался и Частоостровский волревком, но в руки врагов не попал никто: пока в Красноярске менялась власть, наши местные большевики сумели укрыться по заимкам в тайге. Наиболее активные из них подались в партизанский отряд Ивана Алексеевича Гончарова (по прозвищу Краснощёкий — у него от рождения на щеке было большое красное пятно).

Партизаны против Колчака

Из Частых в отряде были Дмитрий Жуков и Иван Панов, куваршинцы Ясутов, Дидюк и Сергеев, есаульцы Блохин и Чурнов… Отряд к маю 1919 года насчитывал до 300 человек. Основная база была в верховьях реки Кантат. Отряд временами выходил из тайги и наводил страх на колчаковских служителей. Посетили партизаны однажды и Частоостровское. Волостным старостой был в то время плут из плутов Пётр Кощеев — «Петечка Кощеев», как звали его в деревне. Пригласили его партизаны в волостное правление, приказали открыть сейф — изъяли нужные документы и ценности. А «Петечку Кощеева» забрали с собой в тайгу и там так хорошо «проинструктировали», что потом сколько колчаковцы ни допытывались, кого из земляков он узнал среди партизан, тот никого не выдал, на все вопросы контрразведчиков отвечал, что партизаны были в масках.

Казаки

После этого в Частых колчаковцы поставили взвод казаков. Простоял он в селе месяцев восемь. Казаки долго, но, видимо, не очень старательно и с опаской, шныряли по тайге, охотились на партизан, но так ни одного и не поймали. И лишь при отступлении по чьёму-то предательству в Барабанове схватили двух местных партизан — Барышникова и Шалыгина и зверски изрубили шашками. А в Куваршине в тот же вечер был схвачен Ясутов. Его почему-то не прикончили на месте, а повезли в Барабаново горой. Когда доехали до пади, Ясутов снял тяжёлый, подшитый кожей валенок и огрел охранника им по голове, а сам в овраг и босиком, без шапки по льду Енисея убежал на правый берег в Додоново. По нему стреляли, но отделался он довольно легко — пулей пробило мочку уха, да обморозил ноги.

Поделиться с друзьями

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Опубликовано в    Автор:
Рубрики: Красноярская версия | Ключевые слова: | Написать комментарий

Ответить

Обязательные поля помечены *


Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.