Сибирское Лукоморье, или Заповедная страна первопредков

Стволовым образованием этногенетического древа были славянорусы…

В прошлом номере газеты мы начали знакомить вас с книгой Николая Новгородова «Сибирская Русь и Александр Македонский», вышедшей в Красноярском издательстве «Тренд». Издание в корне меняет некоторые исторические факты и ход времени.

Для всех русских людей, а особенно сибиряков, будет интересно познакомиться с обоснованием исторического существования Сибирской Руси на этой древней территории, а также с героическим прошлым и подвигами наших предков.

Знакомя читателей с этим произведением, мы публикуем лишь некоторые выдержки из 500-страничного издания.

Влияние климата на антропогенез и расогенез

Ситуация в антропологии сильно изменилась в 1982 г. после открытия Ю. А. Мочановым стоянки древнего человека Диринг-Юрях на Лене, в 140 км южнее Якутска. Эта находка была уникальна не только своей древностью: обработанные человеком кварцитовые предметы имели возраст слоев 3 млн лет, тогда как возраст Олдувая — 2 млн лет, но и тем, что сделана она была в очень холодной зоне.

Диринг-Юрях принудил антропологов вспомнить о работе немецкого антрополога Морица Вагнера, опубликованной в том же 1871 г., когда и дарвинская теория. Вагнер выдвинул гипотезу внетропической прародины человечества, находившейся в холодном поясе. В работе «Внетропическая прародина человечества» Вагнер обратил внимание на необходимость стимулирующих факторов очеловечивания обезьяны. Таким стимулирующим фактором он считал холодный климат и утверждал, что человек мог родиться только на севере Евразии, в местности, где водились шимпанзоидные обезьяны, отсутствовали тропические леса и было достаточно холодно, чтобы на развитие работал самый мощный инстинкт — инстинкт самосохранения.

По сути, идея Вагнера развивала «трудовую теорию антропогенеза» Фридриха Энгельса, но при этом акцентировала внимание на изменениях климата как на главнейшем факторе антропогенеза. Провозглашая тезис «Труд создал человека», Энгельс оставил без внимания вопрос: а что же заставило обезьяно-человека трудиться? По мнению Вагнера, трудиться его заставил холод.

Этот тезис особенно убедительно выглядит на фоне глобального климатического процесса, вытеснявшего европеоидов в Сибирь. Действительно, последние три миллиона лет климат Земли испытывал сильное похолодание, называемое Ледниковым периодом.

Изменение температурыЭто глобальное похолодание принципиально по-разному «ложилось» на территорию Европы и Сибири. На Севере Европы, благодаря обилию осадков, формировался мощный Скандинавский ледник. Обилие осадков здесь обеспечивалось действием теплых атлантических течений, поставлявших из экваториальной зоны в северные зоны Атлантики огромные массы теплой воды. Испаряющаяся в гигантских количествах влага атлантическими циклонами разносилась на территорию прилегающих материков. В Европе глубина снежного покрова мешала перемещаться даже гигантам-мамонтам. На севере Европы в Скандинавских горах эти осадки выпадали в виде снега и накапливались, создавая покровный ледник трехкилометровой мощности.

Климатологами в ледниковом периоде выделяется несколько оттепелей, во время которых покровный Скандинавский ледник уменьшался в размерах. И тогда на европейские просторы забредали стада животных и первобытные охотники. Оттепели сменялись еще большими похолоданиями, когда ледник расширялся чуть ли не до южных европейских гор. Логично думать, что в такие моменты животный мир Европы, включая человека, вытеснялся в Сибирь.

Выпадение осадков в Сибири находилось в зависимости от Скандинавского ледника. Чем сильнее он разрастался в моменты похолоданий, тем больше притягивал на себя осадки из атлантических циклонов. Благодаря этому атлантические циклоны приходили в Сибирь сухими, и тем более сухими, чем холоднее был климат.

Связь аридизации сибирских степей с глобальными похолоданиями является в климатологии азбучной. Определенную роль в этом процессе играл и Северный Ледовитый океан. В моменты похолоданий он был полностью замерзшим и влаги в атмосферу не поставлял. В связи с аридизацией сибирского климата такого покровного ледника, как в Европе, в Сибири не было. Здесь формировались сухие холодные степи.

ТемператураЛето было коротким и сменялось малоснежной зимой без дождливой осени. Травы уходили под снег зелеными. Снега зимой выпадало мало, и травы из-под снега было добывать нетрудно.

Поэтому на сибирских просторах расплодились неисчислимые стада холодолюбивых животных: мамонтов, шерстистых носорогов, лошадей, северных оленей. Кости животных мамонтового комплекса в огромных количествах вымываются сибирскими реками. Обилие животной пищи привлекало первобытные человеческие стада. Для первобытного человека в Сибири сформировался, по выражению академика А. П. Окладникова, охотничий рай.

Можно смело предполагать, что часть палеолитических сибиряков произошла за счет переселенцев из заснеженной, наполовину покрытой ледником Европы, которая в значительной степени обезлюдела к концу ледникового периода. Этот климатически обусловленный целенаправленный процесс движения первобытных человеческих стад из Европы в Сибирь можно назвать подлинно Первым Великим переселением первобытных народов.

Именно этот вектор переселения с Запада на Восток из обезлюдевшей Европы в Сибирь обусловил в более поздние уже исторические времена обратный вектор переселения народов: из Сибири в Европу.

Быстро размножаясь в Сибири в условиях обилия пищи, приспосабливаясь к холодным условиям, протосибиряки приобретали длинный нос для согревания воздуха, белую кожу для биохимической выработки витамина D при воздействии солнечного облучения (чтобы не развивался рахит у детей), светлую радужку глаз, длинные конечности и высокий рост для ускорения перемещения по саванне и другие европеоидные черты. Таким образом, формирование европеоидной расы в Сибири, сибирская локализация прародины европеоидов, представляется более обоснованной фактологически и более закономерной теоретически, нежели в Европе.

Что же не позволило антропологам прийти к такому выводу ранее?

Дело в том, что, исходя из теории тропической прародины человечества, антропологи придумали два разных механизма формирования человеческих рас. Для древних тропических рас — австралоидной и негроидной — адаптационный, а для молодых монголоидной и европеоидной — генетико-автоматический (или дрейф генов). Адаптационный механизм предусматривает, что под воздействием физических, химических, биологических и иных факторов окружающей природной среды в половых клетках организма возникают мутации.

Выживаемость мутантов регулируется естественным отбором. Как показал Чарльз Дарвин, организмы, наиболее приспособленные к жизни в окружающей их природной среде, имеют наибольшие шансы не только выжить, но и оставить здоровое и плодовитое потомство, через которое их полезные адаптивные признаки закрепятся в последующих поколениях и с течением времени станут все более и более частыми, а затем и господствующими в популяции.

Антропологи предполагали, что характерные расовые особенности древних негроидных и австралоидных популяций складывались в Африке и Южной Азии путем адаптации к условиям жаркого и влажного климата и усиленной инсоляции (солнечного освещения). Интенсивно пигментированная кожа с большим количеством меланина хорошо предохраняла от слишком сильного химического действия солнечных, в особенности ультрафиолетовых лучей. Черные волосы и карие глаза, генетически и физиологически связанные с темной кожей, имели, вероятно, аналогичное значение. Защитой от солнечных лучей могли служить также сильно курчавые волосы, образующие на голове как бы естественную трудно проницаемую шапку. Негроиды и австралоиды даже в наши дни могут без вреда для здоровья работать почти без одежды и головных уборов под прямыми палящими лучами тропического солнца.

Равным образом адаптационно у негроидов и австралоидов сформировался нос, ширина которого нередко равна его высоте. Это обеспечивало доступ нагретого воздуха тропиков к слизистой оболочке носовой области, где он охлаждался вследствие интенсивного испарения. Такую же роль играло сильное развитие слизистой части губ. Все перечисленные признаки появились, вероятно, как случайные мутации в глубокой древности и в дальнейшем получили широкое распространение только в тех климатических условиях, где они оказались наиболее полезными.

Совсем другой механизм придуман антропологами для формирования расовых признаков европеоидов и монголоидов. Около 10 тыс. лет назад закончилось последнее оледенение, и тропические расы начали миграции на север, заселяя труднодоступные пространства. Здесь в условиях изоляции начинали активно проявлять себя не доминантные гены, активные в центре видового ареала, а рецессивные, прежде скрытые, подавленные, редкие.

Здесь рецессивных генов становится все больше и больше, они начинают скрещиваться между собой, поскольку другого материала просто нет. Эти рецессивные гены начинают формировать и закреплять в потомстве новые признаки. Антропологи считают, что к их числу относятся «блондинистость», светлый цвет глаз и другие расовые признаки северных народов, которые, исходя из концепции о тропической прародине человечества, и должны быть гораздо моложе северных народов.

Антропологические находки последнего времени разрушили эти высокоумные построения. Северные расы оказались ничуть не моложе южных, о чем свидетельствуют многочисленные находки палеоантропов (архантропов) с выраженными признаками северных рас уже 40 и более тысяч лет назад, то есть задолго до окончания последнего оледенения и предполагаемого расселения австралоидов и негроидов по северным территориям.

Более того, находки в Диринг-Юряхе показывают, что все последнее трехмиллионолетие, то есть, по сути, весь ледниковый период, Сибирь была ареной становления человека, приобретения им расовых признаков, присущих северным расам. Кроме того, именно здесь, на севере Азии, жестокий холод три миллиона лет жестоко принуждал человека трудиться, то есть служил мощнейшим стимулом к труду(не будешь трудиться — замерзнешь и погибнешь! — Прим. ред.)

Как гениально предвидел немецкий антрополог Мориц Вагнер, именно север Азии был внетропической прародиной человечества. А север Азии — это Сибирь.

Осиновые щеки и великаны-людоеды

В конце палеолита в Сибирском охотничьем раю проживали люди современного вида, неандертальцы и, возможно, денисовцы. При этом сибирское народонаселение значительно превышало европейское в силу вышеуказанных климатических особенностей, которые на протяжении трёх миллионов лет «выжимали» животных и людей из Европы в Сибирь. По окончании ледникового периода, 10–12 тыc. лет назад, в Европе долго таял скандинавский ледник, а в Сибири за отступающими на север климатическими зонами двинулись животные мамонтового комплекса, адаптированные к сверххолодным условиям существования (у мамонта длина шерсти достигала 150 см). Вслед за мамонтами, шерстистыми носорогами, лошадьми и северными оленями пошли на север первобытные человеческие стада. «Продвигавшиеся на север популяции западной половины человечества стали предками европеоидов, а аналогичные группы восточной половины — предками монголоидов. У тех и других в условиях прохладного климата с коротким летом и длинной зимой развились некоторые сходные адаптивные особенности — узкий нос, тонкие губы, тенденция к депигментации кожи и, в меньшей степени, глаз и волос. Таким образом, имел место известный параллелизм в формировании расовых признаков европеоидов и монголоидов, в особенности их северных групп, которые следовало бы назвать бореальными».

ТаймырДвижение на север Сибири мамонтов и вслед за ними европеоидов вдоль Оби и монголоидов вдоль Лены привело к концентрации животных и людей на берегах арктических морей. Дальнейшее движение на север вдоль берегов морей сконцентрировало всех на острие североазитского клина — на полуострове Таймыр.

Кроме климатического фактора движение на север и концентрация на Таймыре животных мамонтового комплекса и людей современного вида было обусловлено ещё одной причиной, которую выявил доктор философии и доктор исторических наук Б. Ф. Поршнев. В монографии «О начале человеческой истории» (1974) Борисом Федоровичем была разработана оригинальнейшая гипотеза формирования человека разумного в ходе дивергенции его с человеком неандертальским. Поршнев придерживался взглядов Карла Линнея, разделившего род Homo на два ныне живущих вида: Homo sapiens и Homo troglodites.

Толчком к взрывному развитию Homo sapiens послужила, по Поршневу, бурная дивергенция неандертальцев и людей современного вида, в ходе которой они отодвигались друг от друга на таксономическую дистанцию подвидов, видов, родов, семейств, наконец, на дистанцию двух различных форм движения материи — биологической и социальной.

Расселение людей современного вида по Земле может быть уподоблено взрыву: за полтора-два десятка тысяч лет они расселились по всей планете, включая Америку, Австралию и Океанию. Но при этом возникла проблема сосуществования с неандертальцами, причина чему заключалась в том, что те и другие претендовали на одну и ту же экологическую нишу. Неандертальцы, будучи более сильными, на ранних этапах этого процесса охотились на кроманьонцев, и те искали отрыва сразу на большие расстояния, для чего использовали преимущественно крупные реки, концентрируясь в их устьях.

Совершенно неожиданно в туристском путеводителе по Енисею мне удалось найти удивительную кетскую легенду об убегании их предков от великанов-людоедов. На Енисее, близ устья Подкаменной Тунгуски, есть порог, называемый Осиновские Щёки. У кетов, живущих в этих местах, об Осиновских Щёках бытует такая легенда. «Это было давно, когда кеты жили в верховьях Енисея. Однажды на их земли из пустыни нагрянули великаны-людоеды. Спасаясь от них, кеты бросились в лодки, и Енисей понёс их на север, на берег океана, далеко от родных мест. К счастью, великаны не умели плавать. Видя, что добыча ускользает, они забежали вперёд и, собрав все горы на сто вёрст вокруг, сложили из них такую крепкую стену, что даже могучей реке не под силу было пробить её. Ища проход, Енисей разлился широко вширь. Увидев непреодолимое препятствие, кеты заплакали, а их преследователи обрадовались: вот теперь-то они полакомятся своей добычей. Но нашёлся среди беглецов удалой человек по имени Алба. Схватив топор, он бросился рубить каменную стену и после нескольких сильных ударов рассёк её. Енисей хлынул в образовавшуюся щель и унёс людей в лодках дальше на север, где они и поселились».

Восемь тысяч лет назад с неолита, по мнению Б. Ф. Поршнева, началась человеческая история. Исторический марш человека обгоняет темпы изменения окружающей природы и, таким образом, обретает относительное самодвижение и ускорение при неизменности телесной организации. За восьмитысячелетнюю историю человечества на Земле сменилось около 320 поколений людей. В этот же момент восемь тысяч лет назад произошла смена вектора движения людей современного вида. Их убегание сменилось наступлением на неандертальцев. Возвратная волна Поршневым не мотивирована, но именно этот возвратный вал неоантропов Поршнев считает началом человеческой истории.

Далее, считает Б. Ф. Поршнев, «иссякает отлив, начинается прилив», то есть у неоантропов начинает преобладать встречный вектор движения. «Теперь люди всё чаще переселяются не в вовсе необжитую среду, а в среду, где уже есть другие люди… где необходимо как-то пребывать среди соседей». «Вот этот второй, обратный, вал перемещений неоантропов и есть уже не просто история их взаимного убегания или избегания ими палеоантропов, но начало истории человечества».

Поршнев не мотивирует возвратное движение кроманьонцев, рассматривая это как волновой процесс: волна дошла до края, оттолкнулась и возвращается. Но у земного шара нет края, отталкиваться не от чего. И, следовательно, у встречного движения кроманьонцев должна была быть какая-то причина. Такой причиной, на мой взгляд, являются мезолитическая первоконцентрация кроманьонцев на «острие арктического клина» в момент окончания Ледникового периода и миграции на берега арктических морей холодолюбивых животных и сопровождавших их кроманьонцев в ходе резкого потепления.

Начало социальной истории

Следует отметить, что величайший страх, испытанный сапиенсами во время бегства от неандертальцев, возможно, сыграл положительную роль в плане их сапиентации. Здесь уместно вспомнить гипотезу российского генетика академика Д. К. Беляева о стрессе как причине массовых направленных мутаций. Изучая влияния одомашнивания на физиологию и поведение лисиц, песцов и других животных, учёный обратил внимание на то, что у представителей самых разных видов при содержании в неволе возникают схожие наследуемые признаки. Беляев пришёл к выводу, что стресс приводит к перестройке в деятельности желёз внутренней секреции, а затем гормональные сдвиги вызывают внешние изменения, и предположил, что подобный механизм массовых направленных мутаций может объяснить «скачкообразное» возникновение пралюдей.

Что же произошло с людьми современного вида, что так круто изменило их отношение к неандертальцам? А произошла первоконцентрация людей. Если раньше первобытные человеческие стада действовали каждое само по себе, то теперь они вынуждены были устанавливать какие-то отношения друг с другом. Случилось самое важное в истории человека — сложилось общество, социум, началась социальная история человечества. Б. Ф. Поршнев считал, что ни прямохождение, ни объём мозга, ни изготовление орудий труда, ни примитивная речь ещё не делают человека человеком. Человек — существо общественное, социальное, и лишь общество, социум делают человека человеком и знаменуют начало человеческой истории. Вот это и произошло в результате первоконцентрации.

Получается парадоксальная ситуация: не человек, став разумным, создал общество, а общество создало разумного человека. Для этого общество в кратчайшие сроки выработало общепонятный язык и научилось накапливать и транслировать знания. Созданию общества сильно способствовало обилие животных, позволившее быстро перейти к оседлому скотоводству, и обилие солнечной радиации в летнее время, позволившее перейти от собирательства к земледелию. Переход к производящим формам хозяйствования освободил много рук и голов, что способствовало развитию наук и ремёсел.

Гончарное производство, рудознатство, металлургия, градостроительство, письменность, храмовое строительство, жречество и государственность возникли, по историческим меркам, мгновенно. Это был цивилизационный взрыв с образованием человеческой прародины.

Алтай как этногенетический котел

Сибирские люди современного вида были представлены европеоидами, проживавшими к западу от Енисея и монголоидами, проживавшими восточнее Енисея. Согласно дицентрической гипотезе расообразования академика В. П. Алексеева, подобное взаимоотношение было следствием развития двух очагов расогенеза. Один из них располагался в Передней Азии, в нем из неандертальцев формировались предки европеоидов и негроидов. Второй находился в междуречье Хуанхэ и Янцзы. Здесь на базе синантропов формировались монголоиды. Австралоиды занимают переходное положение между этими группами; по большинству адаптивных расовых признаков пигментации, формы волос, строения носа, губ и т. п. они обнаруживают сходство с африканскими негроидами, что дает право некоторым антропологам объединять тех и других в одну экваториальную или негро-австралоидную расу. Однако по многим особенностям зубов, крови, пальцевых узоров и другим нейтральным (неадаптивным) признакам, австралоиды обнаруживают отличия от негроидов и сближаются с монголоидами. По мере накопления новых данных о географическом распределении таких признаков, антропологи считают все более и более обоснованной гипотезу о первоначальном разделении человечества на две половины — западную и восточную.

В отличие от В. П. Алексеева, доктор биологических наук генетик А. Ф. Назарова, около двадцати лет занимающаяся изучением популяционной генетики народов Евразии, пришла к выводу, что европеоидные гены рождались в Сибири, в частности на Алтае.

Стеатитовая скульптура жреца из Мохенджо-Даро, хараппская цивилизация на Инде, конец III тыс. до н. э.

Стеатитовая скульптура жреца из Мохенджо-Даро, хараппская цивилизация на Инде, конец III тыс. до н. э.

Надо заметить, что генетика в приложении к антропологии значительно расширила возможности последней. Прежде всего, генетика решительно высказывается за монофилитическое происхождение человека из одной небольшой популяции, чуть ли не от одной супружеской пары, счастливо проживавшей в Африке. Отсюда все расовые различия, возникшие у их отдалённых потомков, последствия дивергенции. Изучение генетического материала позволяет количественно оценивать степень родства тех или иных современных популяций, а также время появления предковых популяций на исторической арене. Например, благодаря генетическим исследованиям, выяснилось, что 2,5 % генов Homo sapiens sapiens унаследовал от неандертальца (притом, что на сегодня прочитано лишь 55 % его генома), а гены «денисовца» составляют 7,5 % генома коренных обитателей островов Новая Гвинея (Российская газета. 28.07. 2011).

Предшественники А. Ф. Назаровой на пути генетических исследований показали на основании вычисления генетических расстояний больших человеческих рас друг от друга, что негроидная ветвь человечества отделилась от общего ствола около 110 тысяч лет назад, а монголоиды и европеоиды разделились всего около 40 тысяч лет назад. Этой эпохе соответствует широкое расселение человека современного типа при одновременном существовании неандертальца.

Исследования А. Ф. Назаровой по генетическому полиморфизму алтайцев, русских, эвенков, якутов, чукчей, эскимосов, талышей Азербайджана, а также критический обзор данных других отечественных и зарубежных исследователей о полиморфизме белков, энзимов и групп крови и полиморфизме митохондриальной ДНК позволили А. Ф. Назаровой разработать гипотезу о палеоазиатском происхождении ряда европеоидных популяций и о происхождении их из одного региона с популяциями северных монголоидов и предков американских индейцев.

А. Ф. Назарова пришла к выводу, что разделение человечества на две ветви — монголоидную и европеоидную — произошло на Алтае и прилегающих районах Южной Сибири — в Хакасии и Туве. Таким образом, Алтай представляется тем этногенетическим котлом, в котором из предковой популяции формировались европеоидные и монголоидные гены. Такой регион уместнее всего называть прародиной. Такой подход позволяет понять, почему «все флаги в гости на Алтай»: и киммерийцы, и скифы, и мадьяры, и хазары, и русские, и монголы, и тюрки. Они «не в гости», они здесь рождались.

При исследовании митохондриальной ДНК у алтайцев — челканцев и тубаларов — обнаружены гаплотипы (тесно сцепленные полиморфные сайты рестрикции) митохондриальной ДНК, характерные все вместе (А, В, С и Д) только для американских индейцев. А. Ф. Назарова с соавторами исследовала 107 коряков Камчатки, 28 северных алтайцев и 23 кетов. У коряков были обнаружены гаплогруппы С, А, Д, у кетов — только С, и лишь у алтайцев присутствовали все четыре гаплогруппы ДНК — А, В, С, и Д. Стало очевидно, что предки американских индейцев пришли в Америку через Берингию с Алтая, где сейчас обитают алтайцы.

Какой же современный расовый тип можно считать стволовым по отношению к арктической прародине? Многие народы претендовали на этот статус, иногда даже с оружием в руках вместо знания в голове. В ходе миграций стволовой тип подвергался большим или меньшим изменениям, и лишь у этноса, продолжавшего проживать на территории прародины, этот тип дольше всего сохранялся первичным. Поэтому ключом к решению вопроса является последовательность миграций и локализация территории, с которой происходило расселение.

Забегая несколько вперёд, необходимо сказать о том, что исход из Таймырской прародины по окончании голоценового климатического оптимума приводил к накоплению мигрантов в зоне лесостепи Южной Сибири. Именно здесь локализовалась территория, с которой происходило расселение большей части выходцев из прародины. Последними из южносибирской промежуточной прародины уходили туранцы-скифы (следующими были уже тюркские волны). В Европе они объявились в качестве славян. И скифы, и славяне были наиболее многочисленными этносами своего времени. И те, и другие известны под самыми разными именами. И у тех, и у других был чрезвычайно схожий антропологический короткоголовый тип. Вариации в строении черепов и у тех, и у других были чрезвычайно небольшими.

В. В. Бунак в статье «Происхождение русского народа по антропологическим данным» отмечал, что «в основе русских антропологических вариантов лежит один общий антропологический слой, очень древний, восходящий к ранненеолитическому и мезолитическому времени». Исходный общий тип, названный Бунаком древним восточноевропейским, отчетливо выступает в суммарной характеристике современных групп русского населения. «В расово-таксономическом отношении восточноевропейский тип, не выделенный в прежних работах, входит в круг разновидностей европейской группы как особая раса».

Пять тысяч лет назад индоарии, пришедшие в Северную Индию, представляли собой в расовом плане тот самый стволовой антропологический тип, который сформировался в Арктической прародине при смешении западносибирских палеоевропеоидов с восточносибирскими палеомонголоидами.

Обнаруженная в г. Мохенджо-Даро стеатитовая статуэтка хараппского брахмана дает нам представление, как выглядел этот антропологический тип на самом деле. Широкое круглое скуластое лицо, слегка раскосые глаза, роскошная борода, усы, волосы перехвачены лентой или обручем (видимо, они не были темными, короткими и курчавыми, а были длинными, светлыми, прямыми или волнистыми).

В русском антропологическом типе мы видим те же черты. Венецианцы Кантарини, Иосафат Барбаро, Марко Поло, англичанин Флетчер, римский посол Рейтенфельс, голландский купец К. Фан-Кленк, Ганс Мориц Айрман из Нюрнберга, наконец, французский дипломат маркиз де Кюстин неизменно отмечали у русских высокий рост, светлые или рыжие волосы, голубые глаза, прямые носы «римского типа» и необыкновенную красоту, особенно у женщин. Де Кюстин также подметил, что миндалевидные глаза русских людей имеют азиатскую форму с северной голубоватой окраской. Вот эта легкая «азиатчина» — скуластость, круглые лица, — наконец, едва приметная восточная раскосость привели к тому, что на западе расхожим является утверждение: «Поскреби русского получше — и обнаружишь татарина». В этом выражении содержится злорадный намек на то, сколь сильно наших прапрабабушек «потоптали» татары во время ордынского ига.

Думаю, наши недоброжелатели напрасно радуются. Как мы видим, наши «восточные» признаки изначальны. Что касается монголов и татар, то они в XIII в. были европеоидами и не могли привнести нам какой-либо монголоидности. Кроме того, «топтали» ордынцы в основном тех женщин и девушек, которых угоняли в полон. И таким образом, в генетическом плане шел обратный процесс — ославянивание завоевателей и рынков, на которых продавали наших полонянок.

Дальнейшая судьба неандертальцев

Выше уже было сказано, что более ранний неандерталец, называвшийся «пренеандертальцем» или «генерализованным типом», обладал большим размером черепа, менее выраженными надбровными валиками. При этом «культурная дегоминизация» сменяется анатомической и достигает стадии «бестиализации», то есть приобретения звероподобного вида. Б. Ф. Поршнев, Бернар Эйвельманс, Айвен Сандерсон пришли к выводу, что неандертальцы в качестве реликтов сохранились до наших дней, их так и называют — реликтовые гоминоиды.

Схематический рисунок реки Шренк, где М. В. Тихомирова наблюдала гоминоида, его след на Земле и для сравнения рядом размер сапога Тихомировой — 40-й.

Схематический рисунок реки Шренк, где М. В. Тихомирова наблюдала гоминоида, его след на Земле и для сравнения рядом размер сапога Тихомировой — 40-й.

В XX веке и в наши дни их изредка наблюдают по всему миру в горах, в тайге, в болотах и в тундре. В Тибете их называют йети, в Северной Америке их имя — бигфут, на Кавказе — алмасты, на Алтае — алмыс, у русских — большак, большеног, у коми — яг-морт, у эвенков — пиколон, у казахов — ксы-гыик у якутов — чулук, чучуна; наконец, Г. А. Сидоров обнаружил, что ханты называют их маигики. Обобщенное название реликтовых гоминоидов в современной прессе — «снежные люди», «снежный человек». При этом не утихают споры не только о том, являются ли «снежные люди» людьми, но и вообще, существуют ли они.

Неандертальцев вытесняли современные им сапиенсы и весьма преуспели в этом. Неандертальцы, по мнению русского криптозоолога Б. Поршнева, были вытеснены в самые холодные районы планеты, где их коллективы распались, и они были вынуждены выживать поодиночке. В результате они дегоминизировались, бестиализировались, потеряли речь и навыки изготовления каменных орудий. Они выкопали себе или освоили готовые пещеры на севере Сибири, поэтому древние называли их пещерными троглодитами.

Я повторюсь, но это необходимо особо отметить, что Плиний упоминает о троглодитах, или пещерных скифах рабского происхождения. Другие называли их кинокефалами за собачью форму лица. На Востоке называли яджуджами и маджуджами, и именно против них, согласно легендарной традиции, Александр Македонский в стране мрака построил стену с башнями и двустворчатыми воротами.

Арабский путешественник Ахмед ибн Фадлан в посольстве багдадского калифа в 921–922 годах посетил Булгар. Здесь он услышал об исполине, которого недавно умертвили из-за буйного и злобного характера. Лохматого человека огромного телосложения держали на цепях прикованным к дереву в окрестностях булгарской столицы. Очевидцы рассказывали ибн Фадлану, что от одного взгляда монстра дети падали в обморок, а у беременных женщин случались выкидыши. Ибн Фадлану показали останки этого существа, и по его описанию, «голова его подобна большой кадке».

Сотней лет позже гранадец Ал-Гарнати побывал в Волжском Булгаре, там он видел живых великанов Данки и Дафку и даже разговаривал с ними. Для Дафки (видимо, просто девки. — Н. Н.) булгары даже построили особую баню. Ал Гарнати писал: «А я видел в Булгаре в 530 г. (1135-1136) высокого человека из потомков адитов, рост которого больше семи локтей, по имени Данки (локоть — древнерусская мера длины 38–46 см, в иных мерах — до 50 см. — Н. Н.). Он брал лошадь под мышку, как человек берет маленького ягненка. А сила у него была такая, что он ломал рукой голень лошади и разрывал мясо и жилы, как другие рвут зелень. А правитель Булгара изготовил ему кольчугу, которую возили в повозке, а шлем для его головы, как будто котел. Когда случалось сражение, он сражался дубиной из дуба, которую держал в руке, как палку, но если бы ударил ею слона, то убил бы его. И был он добрым, скромным; когда встречался со мной, то приветствовал меня и здоровался со мной почтительно, хотя моя голова не доставала ему до пояса, да помилует его Аллах».

В самом конце XIV в. 16-летний баварский солдатик Шильтбергер за каким-то лядом увязался в крестовый поход с войском венгерского короля Сигизмунда, но в первом же бою попал в плен к туркам. В 1402 г. в битве при Ангоре он был пленен Тимуром. После смерти Тимура в 1405 г. он несколько лет передавался из рук в руки. Побывал во владении Шах-руха, затем Мирван-шаха, затем был Абубекр, потом Чекра, и от Чекры Шильтбергер попал к Едигею.

Едигей не был великим ханом «Золотой орды», но был очень влиятельным придворным, «серым кардиналом» тех лет. Едигей взял Шильтбергера с собой в Сибирь, и здесь тот оказался свидетелем тому, как местные жители подарили Едигею двух лохматых людей, мужчину и женщину. Они были пойманы на горе Арбус. В горе Арбус угадывается Брус-Камень, входящий в горы Путорана в качестве юго-западного их окончания. И быть может, не случайно расчеты показывают, что Александр Македонский именно здесь, на краю Путорана (неподалеку от Туруханска), построил свою стену против яджуджей и маджуджей.

Подобные чудовища встречались и в середине XIX в. Так, П. Е. Маковецким были опубликованы фрагменты из так называемого «Березовского чуда». В 1845 г. двое зверопромышленников убили в урмане существо, у которого, по материалам расследования, «постав человеческий, росту аршин трех, глаза один на лбу, а другой на щеке, шкура недовольнотолстой шерсти, потонее соболиной, скулы голые, у рук вместо пальцев кокти».

Упоминавшийся выше Бернар Эйвельманс пишет, что в середине 60 гг. американские солдаты убили во вьетнамских джунглях существо, более всего похожее, по мнению Эйвельманса, на неандертальца. Это существо в замороженном виде в глыбе прозрачного льда несколько лет демонстрировал публике некто Хансен. Эйвельманс получил возможность обмерить это существо и пришел к выводу, что это был неандерталец.

17 декабря 1987 г. Мираида Васильевна Тихомирова, инженер-геофизик аэрогеологической партии ЦАГРЭ Севморгео (г. Норильск), рассказала мне историю о том, как она встречалась со «снежным человеком» (так она называла реликтового гоминоида). Привожу ее рассказ без сокращений и изменения стиля:

«В конце июля — начале августа 1984 г. наш отряд проводил геофизические работы на реке Шренке (это Центральный Таймыр). Лагерь стоял на левом берегу реки примерно в двух километрах выше реки Мамонта.

В тот день наша бригада ВЭЗ выехала в первый раз на ВЭЗы. (ВЭЗ — это вертикальное электрическое зондирование, вид электроразведки. — Н. Н.). Раньше в течение примерно недели наши топографы на этом участке разбивали профиль (длина 20 километров, пикеты через 50 метров, простирание профиля — север-юг).

В то утро у нас (у меня и у Л. М. Макаренко, топографа) случился конфликт. В расстроенных чувствах я забыла взять журнал ВЭЗ. Обнаружилось это, когда наш ГАЗ-71 приехал на профиль. До него было километра 3–4. И я решила съездить с водителем в лагерь за журналом, а бригада осталась на профиле. Я села справа от водителя, и мы поехали. Плутанули и вышли на берег Шренка, примерно в 1,5 километрах от лагеря выше по реке.

Здесь в двигателе слетел ремень, к тому же закипела вода в радиаторе. Пока водитель возился с мотором, я пошла искать дорогу вверх по течению Шренка. Прошла примерно 500 метров, оглянулась и увидела, что водитель Юра мне машет — «пора ехать». Я повернула и пошла к нему(к ГАЗ-71. — Прим. ред.)

В этот момент я и увидела «его». «Он» был очень далеко, я сначала приняла «его» за оленя. Я ношу очки –4,5. У меня были тогда солнцезащитные. «Он» был виден правее вездехода на 15–20 градусов. Я шла к машине и все время «его» видела. «Он» двигался навстречу, было впечатление, что «он» идет прямо на нас, но не к нам. В правой руке у «него» что-то было, мне показалось, что это ремень, «он» очень свободно помахивал им. Я уже видела, что это не олень, а человек, я подумала, что это геолог (неподалеку стояли ленинградцы). Этот ремень или веревка были в виде петли. Походка у «него» была, как у человека, я уже не сомневалась, что это человек.

Гоминоид, предположительно реликтовый неандерталец. Рядом ГАЗ-71. Рисунок Н. П. Потапова по рассказу М. В. Тихомировой.

Гоминоид, предположительно реликтовый неандерталец. Рядом ГАЗ-71. Рисунок Н. П. Потапова по рассказу М. В. Тихомировой.

Поначалу мне показалось, что от «него» до вездехода гораздо дальше, чем от вездехода до меня. Я очень удивилась, как быстро идет «человек». Я подошла к вездеходу, хотела открыть правую дверцу и сесть. И вдруг вездеход поехал. Я подумала, что Юра решил выехать на террасу и там меня подождать. Но он не остановился, а поехал дальше вдоль берега Шренка навстречу «ему».

А до «него» уже оставалось метров триста. Я стояла на месте и внимательно наблюдала. Я думала, что этот «человек» остановит вездеход и, кстати, расскажет нам, где мы находимся. Вдруг «человек» куда-то скрылся, я подумала, что «он» скрылся в логу, и появился «он» уже позади ГАЗ-71.

«Его» походка была очень ровная, какая-то размеренная. Когда от меня до «него» оставалось метров семьдесят, я разглядела, что у «него» темное лицо, нет сапог, что он будто бы одет в трико. У меня промелькнула мысль, что это «снежный человек». И тут я крикнула: «Юра, Юра!», сняла шапку и стала махать. «Человек» заметно изменил направление и пошел прямо на меня. Это меня страшно напугало, и я побежала от «него» вверх по реке, прямо по галечнику. Я была одета в зеленую штормовку, оранжевую шапочку и синие брюки.

Я вдруг сообразила, что меня на галечнике очень хорошо и издали видно. Тогда я забилась под терраску высотой примерно 1 метр. Я сняла шапочку и натянула капюшон. Терраска выдавалась небольшим мысом, и меня не было видно издали. Минуты две я сидела и убеждала себя, что это не «снежный человек», а какой-то незнакомый геолог, и что надо мной будут смеяться, когда узнают.

В то же время я помнила, что когда «он» был в непосредственной близости от ГАЗ-71, «он» был в два раза выше него. Затем я выглянула и не увидела «его» там, где ожидала. Повернув голову вправо, я увидела «его» очень близко, в пяти-семи метрах, может быть, даже ближе. Я видела «его» в профиль и чуть даже со спины. «Его» волосы на затылке напоминали жесткий ежик, а лоб был очень скошенный.

Я обползла этот мыс на четвереньках и выглянула. «Он» шел от меня к вершине холма. Я побежала к Шренку, хотела его перейти и побежать в лагерь. Я не успела спуститься на галечник. Мне встретился валун, я за него присела и скрючилась. Сначала я оглянулась назад и «его» не увидела. Потом вновь выглянула из-за камня и увидела, что «он» спускается вдоль ручья и идет к Шренку.

Было ощущение, что «он» меня ждет. Я посмотрела на «него» и спряталась за валун. «Он» стоял на том месте, где ремонтировался ГАЗ-71. «Он» посмотрел по сторонам, наклонился и рассматривал это место. Потом пошел в сторону лагеря вниз по течению Шренка. Я спустилась к Шренку и побежала вверх по течению. Я бежала минут сорок или около часу. Затем я увидела выход черной глины — бугорок пучения, и на ней отчетливый след босой стопы. Я остановилась и поставила свою ногу на «его» след. После этого я развернулась и пошла в сторону профиля. До него было километров семь, и я до него не дошла. Тогда я повернула левее и пошла вдоль Шренка между рекой и профилем. Где-то здесь на меня выехал вездеход. До лагеря мы ехали минут двадцать.

Моему рассказу никто не поверил. След смотреть пошли только на ручей, а на глину не пошли. В этот день в лагере были Лена Фарукшина и Любовь Макаровна. Они в этот день видели напротив лагеря на другом берегу Шренка высокого черного «человека», но не присмотрелись, кто это.

Примерно через неделю Коля Сахнюк, радист, и Наташа Кольная рассказали, что видели на песке вдоль ручья, впадающего в Шренк вблизи устья Мамонта, два следа. Длина одного примерно 47 сантиметров, длина меньшего примерно 30 сантиметров. И опять они были «двупалые», как и на черной глине.

Цепочка этих следов вела через ручей».

Будучи в Ленинграде, М. В. Тихомирова поведала эту историю известному ленинградскому художнику Н. П. Потапову, и последний, с ее слов, написал «портрет» реликтового гоминоида, которого видела Мираида Васильевна.

М. В. Тихомировой, прямо скажем, повезло. Гоминоид не преследовал и не касался ее. А вот известному русскому писателю И. С. Тургеневу довелось-таки натерпеться страху при встрече со «снежной человечихой».

ОТ РЕДАКЦИИ: книгу Николая Новгородова в Красноярске можно купить в магазинах: «Книжный мир», ул. Ленина, 86, «Академкнига», ул. Сурикова, 45, «Нагваль», ул. Кирова, 19.

Поделиться с друзьями

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Опубликовано в    Автор:
Рубрики: Красноярская версия | Ключевые слова: , , | Написать комментарий

Ответить

Обязательные поля помечены *


Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.