Кодекс расточительства

В прошлом номере один из авторов нашей газеты, зам председателя Общественного краевого экологичесткого движения Теодор Шевченко поднял проблему возрождения Лесопромышленного комплекса края, рассказал о том, как в замкнутой цепочке переработки древесины всё шло в дело. Это было в прошлом. А что происходит сегоня? Тему продолжает председатель ОКЭД Николай Николаев.

Вместо предисловия

В последнее время в Красноярск зачастили с визитами олигархи. Пользуясь попустительством краевых властей О В. Дерипаска прибрал к рукам КраЗ и Красноярскую ГЭС. А. Б. Чубайс положил глаз на эвенкийские просторы, чтоб возвести на Нижней Тунгуске сверхмощную ГЭС. Заезжие дельцы решили облагоденствовать Нижнее Приангарье, единственный нетронутый уголок природы, строительством мощного лесопромышленного комплекса. Высокопоставленные чиновники краевой администрации и кое-кто из депутатов активно поспособствовали им устроить себе под видом экономического возрождения региона, надежную кормушку. От избыточного изобилия хоровых заздравниц у кого хочешь закружится голова. Именно это и произошло с хозяевами огромного региона. На расширенном заседании Совета муниципальных образований Красноярского края, губернатор на полном серьёзе заявил: «Если вспомнить, каким был край пять лет назад, становится очевидным — изменилось многое. Основное содержание я кратко определил бы так — возрождение». Однако, пока у нас всё еще налицо беззастенчивое растранжиривание природных ресурсов, да небывалый скачок цен на товары, услуги и продовольствие. А если говорить о лесном комплексе, то ещё никто не просчитал, во что обойдется государству и населению его строительство. Между тем, составы с кругляком продолжают идти за рубеж…

Чтобы у красноярцев не сложилось мнения о сокрытии за словесной шелухой желания превратить регион в источник обогащения для себя и олигархов, приведено сногсшибательное заключение по возводимому в Нижнем Приангарье лесопромышленному комплексу: «Уже началась подготовка к строительству двух целлюлозных заводов мощностью 700 и 900 тысяч тонн в год в Богучанском и Енисейском районах. Строится завод по производству фанеры в Сосновоборске — один их крупнейших в мире».

Красноярцам очень хотелось бы знать, почему в Сосновоборске возводится завод по производству фанеры на американские доллары? Видимо, это надо понимать, что готовая продукция пойдет Америке, а нам горы отходов, смрадный воздух и грязные ядовитые стоки в наши водоёмы? В печати уже много раз сообщалось о закладке первого камня в основание Богучанского лесопромышленного комплекса. Говорилось о приезде вице-премьера правительства РФ Виктора Зубкова и о проведении заседания Совета, созданного при правительстве Российской Федерации.

Последнее время у жителей края постоянно на слуху, представленные краевой администрацией программы освоения Нижнего Приангарья: Возведение Богучанской ГЭС, Богучанского алюминиевого и цементного заводов, и, конечно, предприятий Богучанского лесопромышленного комплекса. Все это подается как великое благо для красноярцев и ангарских аборигенов.

Сырьевая ориентация в натуре

На все лады звучат дифирамбы будущему краевому лесопромышленному монстру, расхваливается технологичность операций и новинка изобретательности — «глубокая переработка» древесного сырья. В унисон технологическим терминам, стройка превозносится, как величайшее благо для государства и населения. Губернатор края, дабы убедить россиян в необходимости возведения целого каскада ГЭС, а также строительства лесопромышленного комплекса, даже процитировал изречение Михаила Ломоносова о том, что «Мощь России будет прирастать Сибирью», а государство получит от пуска гидростанции огромную выгоду. Если бы Ломоносов знал, что его слова будут использованы для обогащения кучки предприимчивых дельцов, он вряд ли бы озвучил своё мнение. А что может ожидать в действительности? Скорее всего, не райские кущи, а мощное усиление бесконтрольного растранжиривания природных ресурсов и дальнейшее ухудшение экологической и демографической ситуации в крае. Как высказываются красноярские ученые: при таком растранжиривании природных ресурсов их хватит максимум на 20- 25 лет. После этого мощи России за счет Сибири прирастать будет нечем.

Несколько дней назад нынешний премьер правительства РФ В. В. Путин был вынужден на всю страну заявить, что «Россия практически идет по пути чрезмерной сырьевой ориентации». Причем семимильными шагами! Несмотря на планов громадьё по сооружению объектов лесопромышленного комплекса, по- прежнему пойдут за рубеж составы с «кругляком». Построенный в Богучанах алюминиевый завод будет поставлять за рубеж слитки сырца алюминия. Администрация будет перегонять на запад за бесценок миллиарды кубометров газа и сырой нефти. В то же время, безо всяких ограничений повышать цены на энергоносители россиянам.

Негативным примером, наверняка, будет служить в перспективе растранжиривание лесных ресурсов региона путем строительства в Богучанском районе Целлюлозного комбината. После его пуска начнется массовое уничтожение лесных массивов для производства целлюлозы. Далеко не всем жителям Красноярья известно, что она представляет такой же полуфабрикат, как и сырая нефть или алюминий сырец. Это клетчатка — углевод, являющаяся главной составной частью оболочек клеток растений. Она имеет громадное техническое применение в химическом производстве. Используется для выработки различных сортов бумаги, искусственного волокна, целлофана и даже взрывчатых веществ. Естественно, целлюлоза, также как лес-кругляк или нефть пойдут за рубеж за бесценок.. Там её превратят в конкретные материалы и изделия и продадут нам за немыслимо огромные деньги. Зарубежные государства получат, можно сказать, универсальный компонент для различных производственных нужд, а нам достанутся горы горючих отходов и опасные выпуски ядовитых химических веществ в водоёмы.

В настоящее время это наглядно демонстрирует Красноярский целлюлозно- бумажный комбинат. Вот что сообщил на запрос ОКЭД зам. руководителя Ростехнадзора по Красноярскому краю И. В. Варфоломеев: «Результаты проведения государственного экологического контроля ЦЛАТИ по Красноярскому краю установили превышение предельно-допустимых концентраций вредных веществ для водных объектов по содержанию (в разы): ХПК — 280, БПК полн. — 448, взвешенных веществ — в 82,9, аммоний иона — в 82, фенолов — в 28; метанола — в 43; лигносульфоновых кислот — в 208, меди — в 41, марганца — в 21. Фактически акватория Енисея напротив предприятия уже считается не водной структурой, а мертвым, ядовитым химическим суррогатом. И это при том, что комбинат имеет бумажное производство. Оно хоть немножко, но ограничивает загрязнение Енисея.

В богучанском варианте никаких ограничений по загрязнению воды Ангары не планируется. И самое страшное, что из стройной технологической цепочки по переработке древесины убрано главное звено, ограничивающее сброс ядовитых нечистот в реку — это гидролизное производство. Именно гидролиз переработки древесных материалов является мощным ограничителем выбросов и выпусков в атмосферу и в воду. Страшно представить, что будет с рекой, природой и регионом после пуска в Богучанском районе такого монстра, как Целлюлозный комбинат. Неужели высокопоставленные чиновники краевой администрации и Росприроднадзрора не видят его пресловутые «достоинства»?..

Издержки гигантомании

Можно ли воспринимать всерьёз сладкозвучные речи поборников лукавого экономического развития края? Думаю, что нет. Об этом убедительно говорят неприглядные факты. Если тщательно проанализировать, как отразится строительство Богучанской ГЭС на лесном балансе региона, то становится ясно -трескотня о выгоде и экономическом развитии — это обыкновенная и традиционная лапша на уши красноярцев. Подсчитано, что при 185-й отметке будет затоплено 3,5 миллиона кубометров деловой древесины. При 208 — уже 13,5 миллионов кубометров. Кроме того, под воду уйдут не менее 5 миллионов кубометров тонкомерного леса и огромное количество отходов рубки. В водохранилище ГЭС появится более двух миллионов кубометров плавающей древесины. К сожалению, никто не посчитал нужным узнать, в какую сумму ущерба обойдется это злодейство? Никто не знает, сколько зазря погибнет товарного леса, отходов рубки и корневых остатков. Хотя всем хорошо известно, что за рубежом отходы ценятся также дорого, как и древесина. Они полностью используются, как стратегическое сырьё.

Никто из высокопоставленных чиновников даже не ведет речи о затратах и в соответствии с ними о целесообразности возведения плотины до 208-й отметки. А ведь кроме уничтожения огромных запасов леса под водой будут похоронены ещё и немерянные территории с полезными ископаемыми. Расчеты, сделанные учеными Красноярска, показывают, что такое растранжиривание, в ближайшие 20 – 25 лет приведет к их полному исчезновению. И оно уже стало неуправляемым. Так называемый лесопромышленный комплекс губительно отразится на запасах леса.

Нельзя согласиться и с расчетными нормативами налоговых платежей. В одной из краевых газет приводятся данные, озвученные представителями краевой администрации: «Уже сегодня экономисты говорят о налоговых поступлениях невиданных размеров. Речь ведется о сумме с девятью нулями. К 2215 году при запланированной годовой выручке ЛПК от реализации продукции в 17,3 миллиарда рублей и чистой прибыли в 3,26 миллиарда, бюджету Богучанского района достанется более миллиарда рублей». Как говорится свежо предание, да верится с трудом! Ни для кого не секрет, что налоговые поступления от действующих предприятий будут распределяться в следующих размерах: в местный бюджет, например, от построенного Богучанского алюминиевого завода, а также и от лесопромышленного комплекса будет поступать только 3 процента налоговых отчислений. В регион поступит — 20 процентов. И 77 процентов уйдет в федеральный бюджет. Это же настоящий граб ж среди бела дня!

Такое же распределение будет и для лесопромышленного комплекса. Оно не только безграмотное и несправедливое, но и преступное. Вся тяжесть возведения объектов инфраструктуры, дорожного строительства, финансирования работы поднадзорных учреждений, снабжения продовольствием и промышленными товарами ляжет на плечи местных властей и администрации края. Поэтому, платежи должны быть перераспределены более справедливо в следующих размерах: 25 процентов перечислять в местный бюджет. Район является дотационным. И вся его инфраструктура останется за местными властями. В краевой бюджет следует отдать не менее 50 процентов от налоговых отчислений. Региону придется финансировать железнодорожное строительство, налаживать авиационное сообщение и возведение автомагистралей. Солидные финансовые потоки придется пустить на организацию исследовательских работ и на мониторинг территории Нижнего Приангарья. А отчисления в федеральный бюджет не должны превышать 20 – 25 процентов. Губернатору следовало обязать краевых законодателей перераспределить налоговые платежи по предложенной схеме. Нужно более рачительно относиться к имеющимся природным ресурсам.

Ущерб от заумных проектов

Представители Общественного комитета экологического движения попросили А. Хлопонина ответить, на каком основании в крае безалаберно растранжиривается лесной фонд? Почему зарубежные представители бесконтрольно ведут заготовку древесины и беспрепятственно вывозят лес «кругляком»? В ответ получили документ, в котором прописано: «С 01.01.07 вступил в действие новый Лесной кодекс Российской Федерации от 04.12.06 № 200-ФЗ,согласно которому лесной фонд будет передаваться в рубку только посредством аукциона, проводимого органами государственной власти субъекта Российской Федерации в установленном порядке».

А чтобы красноярцы сильно не волновались привели в свою пользу ещё один довод:«Правительством РФ предпринят первый шаг — повышение минимальной ставки таможенной пошлины на круглый лес с 4 до 6,5 евро. По подсчетам экспертов вывозная пошлина на круглый лес должна постепенно, в течении 1 года, повышаться до уровня 11% и иметь дальнейшую тенденцию к росту».

Прошло 2 года. Ни одного аукциона так и не проведено. А составы с необработанной древесиной продолжают идти за рубеж. Красноярцев законно беспокоит, как реализуются составленные в крае проекты по использованию лесных угодий? Не по-хозяйски, бездумно используются в регионе кедровые леса. Как ни печально, но кедрачам уже нанесен невосполнимый урон. К примеру, вокруг поселка Таежный Канского района до недавнего времени кедрачом были заняты огромные территории. Автору этих строк в молодые годы частенько приходилось пользоваться щедротами данного кедрового леса. В гуще плодоносящих деревьев, как правило, находился родничок с кристально чистой и целебной водичкой. Атмосферный воздух до предела был насыщен кислородом. Песенное щебетание птиц радовало людей. Где теперь эти леса и родничок? Зловещий ветер гуляет по опустошенному от кедрача пространству. При явном попустительстве местных властей, чиновников лесной отрасли и краевой администрации, от былого изобилия кедровых лесов остались одни воспоминания. А ведь кедровые леса традиционно служат надежной кормовой базой для представителей таёжной фауны. Повсеместное уничтожение в крае кедрача вынуждает её представителей проявлять агрессивные вояжи. Разумеется, белка не в состоянии противодействовать реализации незаконных, вредоносных проектов. Зато за таёжную живность и территориальную неприкосновенность активно выступает медвежья рать. Их опасные для человека визиты в селитебную зону не случайны. Депутаты Законодательного собрания должны понимать, что лесные проблемы нельзя рассматривать «сразу в двух чтениях».

Бедность от избыточного богатства

О том, как растранжириваются в крае ценнейшие лесные угодья, можно привести большое количество негативных примеров. Но прежде всего нелишне, хотя бы ориентировочно проанализировать наличие и состояние лесов находящихся в регионе. Как известно, система управления природопользования края далеко не идеальна. Отсутствие хорошо продуманной концепции лесопользования, в которой нет прочной увязки региональных интересов с государственными, а также хаотическое использование его отдельных блоков и фрагментов приводило к серьёзным просчетам.

Ситуация усложнялась к тому же из-за недостатка профессиональных кадров. Вопросами лесопользования нередко занимались случайные или же слабо подготовленные люди с отсутствием системного мышления. Поэтому лесоустроительные работы проводились примерно 25 – 30 лет назад. К тому же далеко не в полном объёме.

Отрицательным показателем нерационального построения системы управления лесами привело к тому, что даже не решались те проблемы, которые не требовали финансовых вливаний. Необходимы были лишь административные и законодательные решения. Не секрет, что под видом санитарных рубок повсеместно ведется промышленная заготовка древесины.

В состав таёжных зон входят огромные территории непригодных или малопригодных для промышленного использования лесов. В основном, это низкорослые леса северной части края, малорослые или угнетенные деревья вокруг болот и в тундре, больные деревья, пораженные короедом. Имеются также перестойные леса с глубокими гнилостными поражением коры и стволов и леса на крутых горных склонах, в водоохранных и заповедных зонах.

Огромные территории лесных угодий затоплены водой. При геологических изысканиях даже среди пригодных к промышленным переработкам лесных массивов повсюду проделаны просеки шириной до 10 метров для прохода геологической и производственной техники и установки электроопор. Спиленные бревна бульдозерами перемещены на край просеки. В настоящее время эти бревенчатые завалы представляют из себя рассадники гнилостных процессов.

Необходимо также взять под контроль старые и вновь образовавшиеся гари и участки с ветровыми повалами, неучтенные площади редколесья, кустарников и молодой порослью. Очень важно точно знать, сколько имеется в крае деловой древесины. Законодательно установить лимит годовой потребности для предприятий и местного населения. Наладить действенный контроль за использованием лесных массивов. Установить меры ответственности за сверхнормативную порубку леса. Наконец, следует точно установить, сколько должно остаться нетронутых лесных массивов для оптимального состояния флоры и жизнедеятельности фауны? Выделить необходимые площади для лесных питомников. Рассчитать сколько нужно оставить лесных угодий для обеспечения ближайших населенных пунктов.

Выгода и её последствия

Когда речь заходит о лесохимическом комплексе читателя не может не возмущать чрезмерно напыщенные словопрения об огромной выгоде и благе. Как можно об этом говорить, если никто из краевых чиновников не знает насколько лет хватит стратегических запасов леса для работы лесоперерабатывающих предприятий? Документы о наличии лесных массивов отсутствуют. За многие годы бесконтрольного растранжиривания леса, его запасы резко сократились.

В одной из красноярских газет опубликованы данные, представленные высокопоставленными краевыми чиновниками о параметрах «изъятия деловой древесины в Нижнем Приангарье». Названа расчетная лесосека, которая без ущерба может быть изъята из природы в 66 миллионов кубических метров. Годовая потребность леса для будущего целлюлозного комбината, построенного в Богучанском районе, составляет 5166 тысяч кубометров. Это значит, что указанного лимита хватит лишь на 12 лет. А дальше начнется грабительское изъятие, которое негативно отразится и на флоре, и на фауне и на населении региона.

Но это ещё не все. Недавно в Красноярске появилось очень ценное и наглядное информационно-аналитическое издание. На его страницах указано, что «перерабатывающими предприятиями Богучанского узла будет востребовано более 7 миллионов древесины ежегодно». Кроме того, говорится, что для «хозяйственной деятельности Лесосибирского узла также ежегодно потребуется порядка 7 миллионов кубометров». Это же неприкрытое расхищение лесных ресурсов края!

Далее начнется изъятие в ущерб природе, региону лесопользования и проживающему там населению. Тогда для чего был озвучен норматив использования леса через печать и при различных обсуждениях? Скорее всего для умышленного введения в заблуждение населения края. Наши краевые власти, видимо, вознамерились оставить потомкам после себя лунный пустынный ландшафт. К великому сожалению, никто из них за это не несет ответственности. Прокуратура края смотрит на их кипучую деятельность сквозь пальцы.

Розовые очки с изьяном

Немало слов потратили краевые и федеральные чиновники на то, чтобы заморочить головы красноярцев такими определениями как технологичность переработки древесины. Не так давно в печати промелькнуло выступление заместителя руководителя «Ростехнадзора» И. В. Варфоломеева. Он на полном серьёзе утверждал, что «развитие высокотехнологичных производств, направленных на использование природных ресурсов, окружающей среде наносит минимальный вред». Можно ли всерьёз воспринимать такие скороспелые и непродуманные заявления? Но его измышление, к сожалению, поддержал и один из высокопоставленных чиновников краевой администрации. Он безо всякого смущения многократно повторяет в своих выступлениях, что «глубокая переработка — основная задача лесоперерабатывающей отрасли. Инвестиционный проект освоения Нижнего Приангарья крайне важен для страны в целом на сегодня. Приоритет именно глубокой переработки не случаен, ведь это позволяет нашей отрасли быть конкурентоспособной в мире».

Не будем оспаривать непродуманное заявление высокопоставленного чиновника о конкурентоспособности. Скажем лишь, об упорно навязываемой красноярцам терминологии о технологичности и глубокой переработке древесины. Ещё из памяти не изгладилось время правления коммунистического руководства. Как бы там ни было, но тогда в Красноярском крае четко действовал настоящий глубоко продуманный лесопромышленный комплекс. Автор данной статьи был свидетелем того, как взаимодействовали все его звенья в Канском районе. Технологичность и глубокая переработка древесины была не призрачной, а грамотно спланированной и действенной. Схема работы предприятий лесопромышленного комплекса имела очень стройную, законченную цикличность переработки. Основной принцип его работы заключался не только в единстве лесосырьевой базы, в комплексной переработке, но и восстановления лесных угодий и в соблюдении рациональной технологической последовательности.

В данной схеме четко просматривалась тесная связь между предприятиями. Продукция одной отрасли служила полуфабрикатом для другой. Заготовка древесины велась в полном соответствии с имеющимися картограммами наличия и состояния лесных угодий. После её транспортировки древесина шла на красноярские лесопильные и деревообрабатывающие предприятия. Разумеется, большой её объём использовался для производства различных пиломатериалов. Другой поток переработки древесины в виде опилок и щепы направлялся на Красноярский биохимический, Канский и Хакасский гидролизные заводы и параллельно на Красноярский и Канский Целлюлозно-бумажный комбинаты. Оттуда полученные путем регенерации сырьевые наработки направлялись на Красноярский завод синтетического каучука, на заводы — шинный, резино-технических изделий и шелковый комбинат. Такой лесохимический комплекс активно действовал многие годы. Это была действительно глубокая переработка древесины.

Теперь от такой технологичной цепочки исчезли основные и важные производственные потоки. От неё остались лишь разрозненные звенья. Лесоперерабатывающие предприятия основательно затариваются древесными отходами. Очень показателен в этом отношении полнейший завал на предприятии «Енисейлес». Комбинат ежегодно перерабатывает довольно солидные объёмы древесины. Его территория превратилась в свалочные дебри. Кругом мощные завалы из корья и древесных отходов. Особенно поражает обилие опилок. Опилки постоянно вывозятся к котельной предприятия. С каждым годом их накапливается все больше и больше. За несколько лет из них образовались горы. Обилие опилок у котельной невольно наталкивает на невеселые размышления. Такой запас может привести к неприятным последствиям. Наглядно просматривается угроза пожарной опасности.

Если бы на лесопромышленных комплексах края применялась глубокая переработка древесины, о которой так проникновенно говорят краевые чиновники, таких опилочных завалов, как на предприятии «Енисейлес» не скапливалось. Руководство за них получило бы приличные суммы денег. А Целлюлозный комбинат в тесном взаимодействии с гидролизным производством, не угрожал бы региону экологической катастрофой.

Целлюлозный комбинат — это очень грязное производство. Он будет оказывать огромное негативное влияние на атмосферный воздух, на качество воды, завалит огромную территорию отходами. Серьёзные экологические проблемы будет создавать Богучанский алюминиевый и Цементный заводы, а также ряд других предприятий, которые планируются возвести в Богучанском районе. Но в документах по их проектированию и возведению даже не показываются грязные выбросы и выпуски. Не представлены мероприятия по их снижению. Нет данных кто и как будет контролировать экологическую обстановку в регионе? Кто и как будет проводить мониторинг земель Нижнего Приангарья?. Кто будет определять влияние ядовитых выбросов и выпусков на флору и фауну, на качество грунтовых вод и состояние воды в водохранилище.

Таможня дает добро

Пусть законодатели края не обижаются на авторские формулировки. По популярности депутатов краевого Законодательного собрания нельзя сравнивать с таможником из знаменитого кинофильма. Но есть и общее. Обе названные категории людей являются по должностному принципу контролерами. То, что творится в регионе с растранжириванием природных ресурсов, депутаты должны знать и строго контролировать их использование. Законодательно поощрять претворяемые в жизнь исполнительной властью важные и полезные задумки. И наоборот, пресекать ущербные прожекты. Почему бы депутатам Законодательного собрания, например, вместо безоглядной поддержки авантюрных проектов не решить сразу в двух чтениях проблему неприкосновенности кедровых лесов? Опыт принятия таких решений уже имеется. С подачи председателя краевого Законодательного собрания депутаты недавно приняли сразу в двух чтениях, так называемый, антикризисный законопроект «О государственной поддержке организаций лесного комплекса края в 2009 году». По кедровым лесам можно смело принимать решение, даже не читая. Тем более, что многие губернаторские идеи депутаты помогают воплощать чрезмерно активно. Хорошим примером в этом отношении служат факты строительства гидроэлектростанций, необходимых в основном для обогащения залетных олигархов. Красноярцам хорошо известно, что больше половины депутатов слепо поощряют даже те проекты, которые приносят региону огромный ущерб. Но обвинений в адрес депутатов за растранжиривание природных ресурсов в крае было бы намного меньше, если бы руководитель Заксобрания пореже выступал с зажигательными речами по красноярскому радио. Не забалтывал животрепещущие экологические, а следовательно и демографические проблемы и прислушивался к мнению экологов- общественников. Разве это нормально, что несмотря на их неоднократные просьбы принять их и совместно обсудить нездоровую экологическую обстановку, сложившуюся в краевом центре и регионе, спикер даже не удосужился устно или письменно ответить. А ведь он имеет в кармане мандат, выданный избирателями.

Что же касается решения экологических проблем, его позиция давно вызывает у населения явное недовольство. Особенно в последнее время. Разве не правы коммунисты, когда после тщательного анализа деятельности губернатора приводят убийственные факты безответственности и бесхозяйственности. И эти факты прикрываются организацией различных сходок и балов. А что можно сказать о достоинстве принятого Законодательным собранием краевого закона «Об охране окружающей среды»? Он же является пародией на законодательный акт. В нем ничего не говорится об ответственности городских и краевых чиновников за недобросовестное исполнение обязанностей. Нет ни слова о мерах воздействия против злостных нарушителей природоохранного законодательства. Упорно замалчивает проблему остановки предприятий, которые тесно связаны с лесопользованием. Отвечая на вопросы журналистов он заявил, что «Не видит необходимости поддерживать предприятия по отраслевому принципу». Считает, что «от непосредственного участия в экономике государству нужно уходить». Опыт преодоления кризиса в Юго-Восточной Азии, по его мнению, «нельзя заимствовать бездумно». Ещё более конкретно спикер высказался по поводу отечественных производителей. «На сегодня потребительский рынок России занят в основном не российскими товарами, поэтому кого поддержит отечественный потребитель в случае увеличения своих доходов — большой вопрос».Очевидно, что поддерживать нужно в первую очередь отечественного производителя. Ножки Буша россиянам основательно осточертели. Что же касается лесопромышленного комплекса то Усс, а также некоторые депутаты на все лады расхваливают авантюрный проект прикрываясь кризисной ситуацией.

28 января текущего года он заявил: «Мы не можем допустить обвала лесной отрасли». Согласно профессиональной этике именно так и должен поступать государственный деятель. Но ведь чудовищный обвал, несмотря на громогласные заявления спикера, продолжается много лет. Лесные проблемы или совсем не решаются или имеют половинчатые решения. А как быть с «технологичностью и глубокой переработкой», о которой так горячо высказывались высокопоставленный чиновник краевой администрации и представитель Ростехнадзора.? Да и с экологическими проблемами полный застой! Ведь от производственной цепочки лесного комплекса, о котором так пекутся краевые власти, остались одни ошметки. Думаю, спикер, как никто другой должен понимать, что законодательный орган в первую очередь обязан способствовать отечественным предпринимателям, занимающимися производством товаров и продовольствия. Минимизировать зависимость от зарубежного производителя. При таком заскорузлом мышлении высокопоставленных законодателей-соглашателей, какое постоянно демонстрируется, край вряд ли когда-либо вырвется на простор экономического развития, стабильности, а также из завала экологических проблем. Подобные высказывания перекликаются с мнением исторического правителя Израиля Понтия Пилата, который вместо того, чтоб защитить ребенка заявил: «Я умываю руки!»…

Поделиться с друзьями

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Опубликовано в    
Рубрики: Красноярская версия | Написать комментарий

Ответить

Обязательные поля помечены *


Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.